Хармони и Рассел: magic hands

После отъезда Хармони и Рассела меня так разобрало, что не смогла удержаться от весьма сентиментального и сбивчивого текста. Ну, те кто был на семинаре, поймут — все это было настолько неожиданно, что технические детали тонут в эмоциях (тут вся надежда на ясный ум Ани Глинко).

Первое впечатление от Хармони и Рассела — боже, какая красота. Эти люди настолько в ладу с собой, расслаблены и открыты, что хочется замереть и просто любоваться, потому что это — настоящее чудо. Я слышала немало историй на тему “Аштанга меня спасла/сделала мою жизнь счастливой”, но впервые я вижу столь явное тому подтверждение. Все, что рассказывает о себе Хармони — правда. Я не замечаю ни одной трещины между ее словами и поступками. Я вижу прекрасного целостного человека, и эта целостность, каким-то образом, проникает во все, к чему она прикасается.

Все мы знаем, что обучение на майсорах происходит, в основном, не через слова, а через прикосновения и состояние. Рассел рассказывал, что в их старой тусовке лучшей характеристикой для преподавателя Аштанги было выражение “good hands”. Если студенты спрашивают их совета, к тому учителю поехать или к этому, они говорят “Езжай к этому, у него better hands”. Так вот, Хармони и Рассел — это magic hands. Во время мостов с Хармони я постоянно вспоминала Шарата джи: как и он, она не делает с тобой ничего лишнего, ничего не разворачивает и не вытягивает, но при этом прогибы и захваты получаются невиданной глубины и высоты.

Они, действительно, учат руками: за неделю у студентов случилось немало инстайтов в трудных позах, при том, что Хармони и Рассел почти ничего не говорили. Было немало олдскульных правок, но на неприятные ощущения никто не жаловался, и впервые после семинара я чувствую себя отлично (обычно мне кажется, что меня переехал каток).

Мы все были поражены тем, с какой самоотдачей эти люди ведут майсоры. Они очень быстро запомнили всех студентов, их имена, проблемы, травмы, трудные позы, и затем прицельно с этим работали. Внимания хватило всем, и все было по делу. При этом, было очевидно, что Хармони и Рассел получают от происходящего огромное удовольствие. Можно было воочию наблюдать ту самую “passion for teaching”, о которой говорил Шарат джи. Они ни разу не пожаловались мне на усталость, на тяжелую жизнь путешествующего учителя, на бытовые неурядицы, непривычную еду etc. Каждый день они выглядели как самые довольные люди на свете, и это было совершенно искренне. После майсоров они целыми днями пропадали в питерских музеях, водили маму Рассела по кафешкам и соборам, гуляли по городу — в общем, наслаждались своим путешествием на 200%.

Продолжительное общение с людьми не доставляет мне особой радости, как и любому интроверту, и можно по пальцам пересчитать тех, с кем я могу говорить час или больше и не устать. Однако с Хармони и Расселом можно было трепаться бесконечно, настолько они простые и легкие и веселые. И, конечно, у них в запасе огромное количество историй “о старых временах” — порой мне казалось, что я смотрю черно-белое кино с Гуруджи и Шаратом джи в главной роли.

Самое главное осталось за кадром, и слова не в силах это передать. Присутствие Хармони и Рассела изменило что-то в глубоких слоях нашего бытия — с этим согласились все. Было затронуто нечто неуловимое, но очень важное, что-то в самой сердцевине моего ума; и кто-то скажет, что это любовь, а кто-то — сочувствие, или радость, или ананда. Так или иначе, нам очень повезло, что эта встреча состоялась.

Я даже перестала сожалеть, что уехала из Майсора на месяц раньше возможного, потому что между Майсором и Хармони не случилось никакого разрыва: она — замечательная ученица Шарата джи, и энергия линии преемственности течет сквозь нее беспрепятственно, не застревая в водоворотах “звездности” или себялюбия. Благодаря их присутствию красота и сила нашей парампары засияли для меня еще ярче.

Текст: Анна Гурьева.

Фото: Надя Гашимова. 

  •  
  • 7
  •  
  •  
  •  
  •  
    7
    Поделились